Поднимать экономику или сидеть в СИЗО — как одна реформа систему меняет

Поднимать экономику или сидеть в СИЗО — как одна реформа систему меняет

84
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Дети растут счастливыми, когда чувствуют себя защищенными — так и бизнес активно развивается в спокойной обстановке. Свои знания, умения и деньги бизнесмены готовы вывести в другую страну. Потому что там читают закон и следуют ему, а такое понятие как «внутреннее убеждение» иностранным судьям не знакомо. Существует ли проблема декриминализации в России? И как большое количество уголовных дел влияет на ВВП?

Стать уголовником в нашей стране проще простого: достаточно одного подозрения, чтобы человека вычеркнули из нормальной жизни, заключили в СИЗО и почти со стопроцентной вероятностью осудили. Между тем в мире давно принято за экономические преступления наказывать экономической ответственностью. Ошибся на рубль — заплатил штраф 2 рубля или 5 рублей, в зависимости от ситуации. Но в любом случае такие лица не подлежат аресту, потому что эта процедура подразумевает изоляцию от общества тех людей, которые крайне опасны для него.

В России же, если предприниматель ошибся — просто не просчитал риски, кризис, цену на нефть — он может оказаться в роли преступника, которому придумали состав преступления. Ему выносят приговор (а по статистике 99,8% приговоров — обвинительные), и вот он уже не предприниматель, а преступник, которому в ближайшие 5—10 лет придется бороться за существование.

У 85% посаженых предпринимателей, согласно данным, которые огласил президент России Владимир Путин, бизнес будет отобран. А люди, которые работали в этом бизнесе, окажутся без работы. Та ли это цена за правонарушения, ошибки, преступления, которую должны заплатить не только собственники бизнеса, но и те люди, которые работали на этих предприятиях? Очевидно, нет.

Тюремная система не исправляет людей, а плодит рецидивистов. Все это самым пагубным образом сказывается на экономике, из которой выключается большое число трудоспособных граждан, стоит бюджету огромных денег, зачастую во много раз больших вменяемого ущерба, заражает страну уголовной моралью, последнее время набирающей популярность даже среди детей.

Регулярно нарушаются права подозреваемых на открытое и честное разбирательство, а также право соревновательности и равноправия сторон судебного процесса. Содержание подсудимых в металлических клетках во время процесса наносит ущерб их человеческому достоинству. Условия этапирования подсудимых из СИЗО в суд, как и этапирования осужденных в места заключения, оцениваются правозащитными организациями как пытки.

Немного статистики: доля рецидивной преступности в России составляла в 1988 — 25,9% (вполне европейская норма); в 1997 — 33,7%; в 2013 — уже 47,7% (показатель, близкий к США). В 2016 году — более 50% (56,7%). Учитывая число осужденных, это катастрофа.

Все факты говорят об одном: России необходима срочная реформа уголовно-исправительной системы, правоприменительной практики во время следствия и судебной системы.
Очевидно, что заключение в СИЗО должно стать исключительной мерой пресечения, а условия содержания в местах лишения свободы обязаны быть достойными. Оступившийся человек, отбывший наказание, должен иметь максимум возможностей для ресоциализации.

Казалось бы, цель слишком глобальная. Систему, выстроенную годами, не разрушить. Однако, есть конкретные шаги, которые способны поправить нынешнюю статистику. А именно: снизить число содержащихся в СИЗО граждан минимум в два раза за ближайшие три года и в пять раз за десять лет; повысить число оправдательных приговоров до 7—10% за три года и довести его до мирового уровня в 20—30% за десять лет; снизить рецидивную преступность в два раза.

Прежде всего, необходимо провести аудит всех преступлений, которые расследуются на территории РФ.

Кроме того, в связи с тем, что согласование всех возбужденных уголовных дел проводит прокуратура РФ, полномочия по ревизии необходимо дать этому надзорному органу. Если цифры по числу и видам преступлений не будут совпадать, то созданная специальная комиссия должна провести проверку удаленно и имея доступ только к номерам дел, но не к конкретному региону. Так исключается элемент подтасовки и коррупции. Однако только проведение амнистии и ревизии уголовных дел проблему незаконных арестов и осуждений не решат.

Дело в том, что судебные решения принимаются «руководствуясь нормами закона и внутренним убеждением». Закон можно прочитать и понять, внутренние убеждения понять невозможно. Соответственно, это поле для коррупции. Следовательно — вычеркиваем фразу «внутренние убеждения», оставляем только закон.

Любое судебное решение можно пропустить через искусственный интеллект, введя необходимые правовые документы в программу «Электронное правосудие». Это, к примеру, попробовали сделать наши коллеги из Казахстана. Это повысит объективность рассмотрения дел, даст возможность контроля за работой судьи. Если в решениях по суду у искусственного интеллекта и судьи будут регулярные расхождения, то есть, если искусственный интеллект говорит «оправдать», а судья, опираясь на внутреннее убеждение, говорит «нет, посадить», то встает вопрос о квалификации судьи, а также о его заинтересованности или зависимости от неких лиц и от так называемого телефонного права.

Следующий шаг — комплексная перезагрузка и изменение подхода к работе Федеральной службы исполнения наказаний. Важно обеспечить для арестантов СИЗО доступ к медицинской помощи, предусмотренной при обязательном медицинском страховании, в полном объеме.

Ещё один ключевой шаг — запуск государственной программы социализации арестованных и отбывающих наказание с созданием рабочих мест, переобучением новым профессиям. Ведь наличие судимости зачастую приводит к невозможности найти работу и, следовательно, влечет за собой возвращение к криминальному образу жизни.

И ещё один важный момент: следует придумать механизм, при котором будут гарантированы права сохранения собственности на бизнес. Нужно обеспечить реализацию положений части 2 статьи 160 УПК РФ, обязывающих следователя принимать меры по обеспечению сохранности имущества и жилища подозреваемого или обвиняемого, задержанного или заключенного под стражу, не только в части обеспечения возможного гражданского иска, но и в интересах подозреваемого или обвиняемого, в том числе защиты от рейдерских захватов. Иначе остаётся стимул «заказать» кого-то, и, в случае возбуждения уголовного дела, завладеть бизнесом заключенного.

Также необходимо облегчение проведения альтернативных экспертиз защиты. Следствие должно приобщить доказательства к материалам дела в обязательном порядке, а не по желанию.

На первый взгляд, представленные выше шаги — нечто невероятное в той системе, которая существует сейчас. Однако, после внедрения предложенной реформы и при первых же её результатах люди поверят в правоохранительную систему, правосудие и надзорные органы. И соответственно такие инструменты, как омбудсмены, будут не нужны. Каждый будет счастливо заниматься своим делом.

источник https://pasmi.ru/archive/198070/?utm_medium=live