По следам Евгении Васильевой: «Спрятала модные сапоги под домашним арестом»

По следам Евгении Васильевой: «Спрятала модные сапоги под домашним арестом»

150
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
https://static.mk.ru/upload/entities/2018/12/12/articles/detailPicture/c5/8e/34/32/66bc93e85876554a3b9a3f66d8769108.jpg

Наш обозреватель Ева Меркачева «пошла по стопам» бывшей сотрудницы Минобороны Евгении Васильевой и экс-министра экономического развития Алексея Улюкаева, проведя в качестве эксперимента несколько дней под домашним арестом — опробовала на себе электронный браслет и даже попыталась избавиться от него с помощью прохожих.

А еще пришлось принимать ванну с высунутой на воздух ногой и отказаться от модных сапог. Зато удалось узнать у специалистов, как отбывают арест дома олигархи и другие «небанальные» преступники.

Люди, которым избирают такую меру пресечения, не просто живут, они еще работают, женятся, рожают и даже умирают (в последний раз сотрудники уголовно-инспекции Москвы снимали электронный браслет с человека уже в морге).

Домашний арест стал настолько привычной мерой пресечения, что лег в основу одноименного популярного отечественного сериала. Ежегодно в домашнем «плену» по решению суда в России томятся больше 20 тысяч подозреваемых и обвиняемых. Одних заточили в их крохотной комнате в коммуналке, а других в роскошном дворце (в Москве один из домашнеарестованных жил аж на 4,5 тысячах квадратных метрах!)

СПРАВКА МК: «87 процентов находящихся под домашним арестом в России мужчины и только 13 — женщины».

Совместный эксперимент ФСИН и «МК» начался со звонка в дверь квартиры. На пороге два инспектора (мужчина и женщина) в форме, с «тревожным чемоданчиком» (набит аппаратурой). Представились, показали удостоверения ФСИН. Ну, как говорится, добро пожаловать!

Как потом окажется, именно эти сотрудники московской уголовно-исполнительной инспекции консультировали актеров на съемках «Домашнего ареста», который режиссер Никита Михалков назвал лучшим сериалом года.

— Ева Михайловна, — не без ноток торжественности начинает инспектор. — В отношении вас вынесено постановление об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста на два месяца («Не дай Бог!» — «в сторону» сказали мы все и постучали по дереву — прим.автора).

Вам разрешается гулять один час с 11 до 12 на придовомой территории, а остальное время вы не должны покидать свое жилище. Мы применим к вам стационарное и мобильное контрольные устройства. Стационарное рассчитано на фиксацию вас в пределах квартиры, а мобильное отслеживает ваше перемещение вне жилища, когда вы находитесь на прогулке.

Я даю подписку, что ознакомлена с запретами и ограничениями. Но бумаг требуется подписать целый ворох! Вот предлагают заполнить анкету, указав все номера телефонов родных и близких для связи. Интересуются состоянием моего здоровья и даже наличием разного рода фобий. Мои ответы радуют инспекторов, так что можно приступать к главному.

Из чемоданчика вынимают мой будущий аксессуар — электронный браслет. На женщин такой надевают довольно редко. Вообще по статистике соотношение мужчин и женщин, которым избрали эту меру пресечения, 1 к 10. Но зато среди представительниц прекрасной половины были довольно знаковые персонажи, примерившие браслет. Чего стоит только Евгения Васильева, которая находилась под домашним арестом с 23 ноября 2012 года по 8 мая 2015 года. В ней, к слову, как раз в этот период открылись таланты художницы и поэтессы. Может, и я с браслетом на руке картины писать начну?

— На руку нельзя, только на ногу! — вежливо отодвигает протянутую кисть инспектор. — С руки снять можно. Были такие деятели, что пальцы себе так выкручивали, что браслет соскальзывал с запястья. Производитель не дает гарантию, что человек не освободится незаметно от устройства на руке. Но гарантирует, что не снимет его с ноги.

— Прямо гарантирует? — недоверчиво переспрашиваю я. — А если я резко похудею?

— Даже если вы сбросите 50 кг из ваших 50, все равно останется кость, которая не позволит браслету соскользнуть с ноги. И никакая гибкость тут не поможет.

— Но что, если мне удобнее на руке, а не на ноге? Неужели нельзя пойти навстречу мне в такой мелочи?

— Исключено. Практика такова, что можно только на ногу.

— Могу хотя бы выбрать, какая нога — левая или правая? — интересуюсь у инспекторов.

— А вот на это право имеете, — отвечают они и приступают к фиксации браслета.

Вообще исключения, конечно же, делают и в некоторых случаях на руку надевают. Вот одна такая почти курьезная история. В Туле домашний арест избрали инвалиду без обеих ног. Пришли к нему ничего не знающие об инвалидности сотрудники уголовно-исполнительной системы с электронным браслетом… А он им вместо ноги — протез вытягивает.

фото: Наталья Мущинкина

— То ли пошутить хотел, то ли действительно думал, что они не поймут, что это не настоящая нога, — говорит сотрудник центрального аппарата ФСИН Александр. — Но наши, разумеется, разобрались. Браслет ему в итоге надели на руку.

Навальный и кухонные ножницы

СПРАВКА МК: «На 1 ноября 2018 года в России под домашним арестом находилось 6929 человек. В течение 2017 года на учете УИС стояли 21166 подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста».

На моем браслете тем временем инспекторы закрутили специальные гаечки, которые в обычных условиях открыть весьма сложно (нужна специальная отвертка). Апофеоз сцены — на аксессуар вставляют номерные пломбы. Они одноразовые. Даже если раскрутить гайки, то эти пломбы придется снять, то есть сломать. А других таких нигде не найти.

— Вы являетесь материально ответственным лицом, — говорит инспектор. — В случае порчи или утери будет гражданский иск. Но это, как говорится, не дай Бог! Надеемся на вашу разумность. У нас редко когда браслеты портят.

— Всего за весь 2018 году в России было утеряно, повреждено или уничтожено 19 электронных браслетов, — говорит сотрудник управления организации исполнения наказаний, не связанных с изоляцией осужденных от общества ФСИН России Александр. — Это не так много, согласитесь. Однако не все подозреваемые или обвиняемые в добровольном порядке возмещают причиненный ущерб, в связи с чем проводится планомерная судебно-претензионная работа с отказавшимися.

Портят браслеты, как выяснилось, в основном наркоманы. И не то чтобы специально, а в состоянии коматоза или забывчивости.

— Ненадежные они люди, — вздыхает инспектор. — Ремни срезают, внутренности расковырять пытаются. Начинаешь спрашивать: «зачем?», ничего толком ответить не могут. Кстати, в половине случаев домашний арест избирают подозреваемым по ст. 228.1 УК РФ, ст. 228 УК РФ (преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, — хранение, покупка в малых количествах).

Вторая половина «домашних арестованных» — воры и мошенники, хотя корректнее будет сказать: подозреваемые по статьям 158 УК РФ (кража) и 159 УК РФ (мошенничество). Вот та категория браслеты не портит.

фото: Наталья Мущинкина
Попытки снять браслет с помощью отверток не привели к успеху.

Впрочем, Алексей Навальный на домашнем аресте как-то разрезал браслет кухонными ножницами (фото выставил в своем блоге). Оппозиционер объяснил свой поступок тем, что в тот день был объявлен приговор по его делу, и он уже не являлся домашнеарестованным. Но Навальный добровольно выплатил ущерб. Сам он заявил, что перечислил якобы 670 рублей компенсации, но вообще сумма эта запредельная. Обычно за порчу аксессуара выставляют счет примерно в 100 тысяч целковых.

— Вам удобно? Пройдитесь!

На самом деле браслет почти не чувствуется на ноге. Сколько ни бродила с ним по комнатам, никакого не удобства не почувствовала.

— Но имейте в виду, что вы всегда можете позвонить, если будет дискомфорт, — объясняет сотрудник. — Из практики: бывает, нога отекла за ночь, и браслет начинает сильно давить. Мы приезжаем, ослабляем «хватку». Если пораните ногу, то можно перевесить браслет на другую, но все это делать должны только мы, никакой самодеятельности с вашей стороны!

Инспектор вспоминает, как у них был один «клиент» весом больше 150 кг и с очень толстыми ногами. Под него подобрали браслет пятого размера, но аксессуар приходилось периодически менять.

Меряю обувь. Хммм .. в сапогах теперь точно не походишь, нога с браслетом туда просто не влезает. А на дворе как-никак зима.

— Покупайте теплые кроссовки, угги, валенки, — советует инспектор. — Может, и не так удобно будет, но согласитесь, это лучше чем в камере СИЗО сидеть.

Еще бы! Уж если сам экс-министр экономического развития Алексей Улюкаев (был под домашним арестом с 16 ноября 2016 года по 15 декабря 2017 года) носил под домашним арестом кроссовки и валенки, то мне сам бог велел. Точнее, закон.

Начался процесс установки остального оборудования. Главную «штуковину» — стационарное устройство, напоминающее советский телефон — поставили у окна, чтобы лучше ловила сигнал. Строго-настрого запретили ее даже шевелить и пыль протирать (любое движение якобы вызовет реакцию). Сообщили, что могу по ней сама звонить в крайних случаях, но всегда должна поднимать трубку, если звонят мне. И под конец вручили мобильное устройство — что-то типа древнего сотового телефона. Его я должна брать с собой каждый раз как покидаю квартиру.

В этом году было 25 случаев порчи стационарного и мобильного устройства. То разобьют прибор, то прольют на него что-то, то собака покусает…

— Один случай был вообще удивительный, — рассказывает Александр. — Установили оборудование, а на следующие сутки приходит сотрудник и говорит: «Родственник на рынке видел, как какой-то нетрезвый человек продавал устройство с надписью «ФСИН». Выехали, нашли торговца. Оказалось, он пил всю ночь с домашне арестованным. А когда тот заснул, взял устройство и ушел, чтобы продать и купить новую партию водки. Ну а наш подопечный с браслетом спал беспробудным сном, когда пришли с проверкой.

фото: Наталья Мущинкина
При ходьбе браслет немного натирает.

«Когда олигарх катался на лошади, исчезал из зоны контроля»

Прежде чем отпустить инспекторов, «попытаю» их. Эти люди побывали дома у тех, кто мало кому открывает свои двери в принципе.

Среди самых известных «клиентов» — экс-министр Алексей Улюкаев и экс- -руководительница имущественного департамента Минобороны Евгения Васильева.

— Улюкаев был одним из лучших наших подопечных. С ним не возникало проблем вообще. Когда только надевали браслет, он интересовался всеми нюансами. Был в хорошем смысле въедлив, старался понять принцип работы браслетов, системы контроля и свои обязанности. За время ношения им браслета не произошло никаких инцидентов.

С Васильевой на самом деле тоже особых проблем не было. Кстати, квартира у нее и правда большая, но не 300 квадратных метров, как писали, а около 150.

Насчет Васильевой сотрудники ФСИН многое умалчивают. В действительности экс-чиновница Минобороны доставляла им неудобства хотя бы тем, что регулярно жаловалась. На что именно? Во-первых, на неудобство браслетов. Дескать, ни колготки, ни длинные сапоги не надеть. Во-вторых, на жесткость ремешка. Дескать, натирает.

В третьих на то, что к ней слишком часто и без предупреждения приезжали инспекторы. К слову, визиты действительно были иногда по нескольку раз в день. Объясняли их тем, что терялся сигнал, срабатывала тревога. Однако в принципе инспекторы УИС имеют право навещать своих подопечных, когда считают нужным, в промежутке с 6 утра до 10 вечера.

Забегая вперед скажу, что ко мне они приходили регулярно. Ну а поскольку люди эти довольно приятные (улыбаются, интересуется здоровьем и настроением), то их визиты не раздражали. Скорее даже наоборот — невольно радуешься новым лицам у себя на пороге, ведь на домашнем аресте запрещено принимать гостей.

По слухам, хорошо встречал инспекторов владелец аэропорта «Домодедово» Дмитрий Каменщик, который почти полгода был на домашнем аресте. Надо сказать, что ему в жилищных условиях повезло больше чем Васильевой и Улюкаеву: дом площадью почти в 2 тысячи кв. м. с бассейном в сосновом бору. И все же один клиент переплюнул даже его.

— Самое большое жилище было у одного бизнесмена — 4 тысячи квадратных метров, — говорит инспектор. — Это олигарх. Но имя его называть не могу. Нам было непросто следить за этим особняком, расположенным на территории в 100 гектаров. Он в принципе ничего не нарушал, но когда просто катался на лошади, пропадал из зоны контроля. Пришлось через каждые 50 метров ставить дополнительное оборудование. Это очень дорого.

фото: Ева Меркачева
Мониторинговый центр, где отслеживали мои передвижения.

Безупречное алиби

СПРАВКА МК: «В Москве используются 1075 электронных браслетов».

— За 9 месяцев 2018 года 3229 подконтрольных лица допустили нарушения условий исполнения меры пресечения, о данных фактах были проинформированы органы дознания, следствия или суд, — рассказывает Александр. — В отношении 1517 подозреваемых или обвиняемых судом была изменена мера пресечения на более строгую.

Проще говоря, этих людей отправили в СИЗО. Не знаю, что заставило их нарушать правила, но сейчас они об этом наверняка жалеют. Все-таки квартира это не камера.

Да и вообще с браслетом можно многое делать из того, что в неволе кажется непозволительной роскошью. Возьмем хотя бы процесс принятия водных процедур. С браслетом можно хоть в душ, хоть в сауну, хоть в бассейн. Меня, правда, предупредили, что через воду сигнал плохо проходит, потому в ванне надо лежать либо с высунутой наружу ногой (той, что в браслете), либо с перерывами через 10 минут (после этого времени забьют тревогу, если сигнала не будет на экране диспетчера).

Ну что сказать — с браслетом я и мылась под душем, и просто релаксировала в ванне (высунув ногу). Ничего особенного не произошло, стационарный аппарат молчал.

А вот когда я вышла из дома с мобильным устройством, мне позвонили трижды.

— Ева Михайловна, мы видим, что вы удалились от придомовой территории. Куда направляетесь? — вежливо спросил дежурный.

— В магазин за хлебом.

— Хорошо.

И все? Так просто? Я-то думала, что меня сейчас окружат машины с мигалками, руки заломят за спину и потащат в СИЗО.

— Ничего подобного с вами не сделали бы даже если бы вы сбежали, — поясняют инспекторы. — Побег из под домашнего ареста — это отдельная история. В наши обязанности не входит объявлять план «Перехват», разыскивать, устраивать погони и т.д. Мы просто информируем суд.

Я вспоминаю последние громкие истории о побегах из-под домашнего ареста. Не так давно в Москве скрылся бывший следователь ФСБ. учредитель и управляющий столичным адвокатским бюро «Адвокаты и бизнес» Сергей Ковбасюк, которого обвиняют в даче взятки в особо крупном размере. Или вот «пропала с радаров» бывшая глава российской Федерации баскетбола Юлия Аникеева, приговоренная к 4,5 годам за мошенничества. Оба были объявлены в розыск, но занимались их поиском полицейские.

Сбежать из-под домашнего ареста в принципе просто. Можно, как Навальный, дома разрезать браслет ножницами, а можно попросить помочь избавиться от аксессуара прохожих на улице.

— Молодой человек, а не поможете мне снять вот эту вещь с ноги? — обратилась я к спешащему студенту.

— Ой, нет.. Я знаю, что это такое. Меня потом посадят вместе с вами.

— Простите, очень нужно избавиться от этой штуковины! — пристаю к другому парню. Он соглашается помочь. Долго ковыряем браслет вместе с ним. Не получается.

— Зайдите в магазин и купите нож, — предлагает он. И на всякий случай уточняет: — А то, что мы делаем, законно?

Браслет снимать мы не стали, но кроме этого парня еще несколько прохожих выразили готовность помочь избавиться от «оков». Не знаю, радоваться этому факту или нет. А вообще, бывает, наличие браслета спасает от несправедливого обвинения.

фото: Наталья Мущинкина
Предусмотрено пять размеров ремешков. Самый большой подходит даже для двухсоткилограммовых граждан.

Полиция задержала дома мужчину, якобы он угнал дорогой автомобиль. А он находился под домашним арестом, был с браслетом (кстати, подозревался тоже в угоне, потому на него сразу и подумали).

— Мы коллегам из полиции объясняем: «Он был дома, совершить преступление никак не мог», — говорит инспектор. — Показали маршрут его передвижений в тот день, сняли данные с видеокамер в подъезде (имеем доступ к системе «Безопасный город»). И спасли его от обвинения! А так бы ему никто не поверил, потому что все указывало на него.

Выходит, чтобы вы не стали жертвой оговора, нужно носить браслет. Это шутка, конечно. И хоть с браслетом можно дома и работать, и любовью заниматься, ты все равно чувствуешь себя пленником. А как печально умереть вот так с ним на ноге, не дождавшись освобождения. В Москве было зафиксировано уже несколько случаев таких смертей. «Оковы» с человека снимали сотрудники ФСИН. Прямо в морге…

фото: Наталья Мущинкина