Год в столичных СИЗО — 2018

Год в столичных СИЗО — 2018

75
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
Фото: szaopressa.ru.

РАПСИ продолжает традицию обзоров наиболее ярких и важных событий в жизни российских следственных изоляторов. Чем запомнился постояльцам московских СИЗО 2018 год, и чего им ждать от 2019.


Смена эпох: Бутырка станет новыми Крестами

История старейшего СИЗО Москвы «Бутырская тюрьма» началась в 1771 году, а в декабре 2018 года замдиректора ФСИН Валерий Максименко анонсировал СМИ ее закрытие. В планах ФСИН также расселение СИЗО «Матросская тишина», однако именно «Бутырку» можно назвать главной тюрьмой столицы.

СИЗО № 1 — наиболее крупный изолятор из всех столичных тюрем с самой богатой историей. Достаточно сказать, что по инициативе администрации учреждения в «Бутырке» появились такие музейные объекты, как башня бунтовщика Емельяна Пугачева и кабинет, где работал руководитель НКВД СССР Лаврентий Берия. В качестве осужденного в царское время в «Бутырке» успел побывать Феликс Дзержинский, стоявший у истоков службы безопасности и министерства внутренних дел СССР.

Гостем «Бутырки» в 1908 году был фокусник Гарри Гудини, продемонстрировавший там свое умение избавляться от оков. Также в разное время арестантами знаменитой тюрьмы были поэты Владимир Маяковский, Сергей Есенин, Осип Мандельштам и писатели Александр Солженицын и Варлам Шаламов.

Новое здание для столичного СИЗО, рассчитанное на 5 тысяч мест, планируют возвести в кратчайшие сроки в районе Дмитровского шоссе или на территории Новой Москвы. Облик новой «Бутырки», по данным СМИ, будет во многом повторять современные «Кресты» в петербургском Колпино, которые, в свою очередь, похожи на «оригинал».

«Кресты» 1890 года состоят из четырех тюремных корпусов, расположенных под углом 90 градусов друг к другу. Подобная конфигурация способствовала проникновению солнечных лучей во все камеры в течение светового дня, а из-за характерного облика здание и получило свое неофициальное название.

Известная тюрьма перестала функционировать с вводом в эксплуатацию нового здания, в которое формально переехал изолятор. Рассчитанный на 4 тысячи человек новый комплекс в Колпино на данный момент является самым большим СИЗО Европы.

Старое здание «Крестов» в свое время стало печально известным из-за большой переполненности тюремных помещений, спустя более чем сто лет оно перестало отвечать требованиям к нормальным условиям содержания подследственных.

Как и старые петербургские «Кресты», «Бутырка» испытывает проблемы со скученностью: 2018 год встретили за решеткой порядка 2,4 тысячи арестантов при расчетном количестве мест в 1,8 тысячи человек. Согласно заявлениям представителей ФСИН в новом здании СИЗО в Колпино будет выдерживаться норма площади в камерах 7 квадратных метров на человека, а какими будут условия в новом здании будущего московского СИЗО № 1— пока остается только догадываться.

Арифметика свободы

Применение альтернативных мер пресечения медленно, но верно расширяется в российской судебной практике. Бизнес-омбудсмен Борис Титов летом прошлого года выступил за то, чтобы залог стал основной мерой пресечения по делам в сфере предпринимательской деятельности. Уполномоченный сослался на то, что за последние два года Пленум Верховного суда трижды признавал неудовлетворительной работу судей общей юрисдикции при принятии решений о помещении под стражу.

«Залог» много раз становился героем новостных заголовков. Известный ученый-юрист Владик Нерсесянц называл право «математикой свободы», а российские суды занимаются арифметикой свободы в прямом смысле слова. Речь идет о случаях, когда судьи рассматривают вопрос о возможности избрать меру пресечения в виде залога и принимают решение о достаточности той или иной суммы. Цена свободы в юридическом смысле величина крайне непостоянная, в чем можно убедиться, ознакомившись с нашей подборкой.

Защита братьев Магомедовых заявила огромную сумму — 2,5 миллиарда рублей — в ходатайстве о залоге, однако суд посчитал, что предприниматели должны находиться в СИЗО. В то же время адвокату из Краснодарского края Михаилу Беньяшу, обвиняемому в применении насилия в отношении полицейского, хватило 600 тысяч рублей, чтобы дожидаться суда на свободе, а не под стражей. Племянник Тельмана Исмаилова Заур Марданов, обвиняемый в похищении певца Авраама Руссо, внёс залог в 10 миллионов рублей, и был выпущен Мосгорсудом из СИЗО.

Интересно развивались события на заседаниях по делу замдекана юридического факультета МГУ Владимира Степанова-Егиянца, обвиняемого по делу о мошенничестве. Тверской суд Москвы отказался освободить юриста из СИЗО под залог в 20 миллионов рублей. В итоге решение об освобождении обвиняемого под залог принял Мосгорсуд, однако перед этим сумма залога была удвоена защитой и составила 40 миллионов рублей.

Как мы видим, залог применяется, но понять, насколько успешно он составляет конкуренцию аресту, можно будет лишь тогда, когда появится подробная статистика по итогам прошедшего года. А пока бизнес-омбудсмен не спешит говорить о положительных сдвигах в сфере уголовного давления на предпринимателей.

Новый год в СИЗО

В России Новый год по традиции принято встречать в кругу семьи, близких друзей под аккомпанемент видеообращения президента к гражданам страны и бой курантов. Тем, кто содержится в СИЗО, как правило, дают возможность послушать напутственные слова и поздравления главы государства по телевизору. Но это не заменит общества близких людей — изоляция есть изоляция. Согласно известной поговорке, «как Новый год встретишь, так его и проведешь», правдивым ли это окажется для героев нашей публикации, мы сможем проверить только через год.

В предыдущие годы общественное внимание было приковано к высокопоставленным арестантам, среди которых был даже федеральный министр, ряд губернаторов и представителей правоохранительных органов.
Ушедший 2018 год тоже насыщен известными всем персонами. Так, главными постояльцами СИЗО, за жизнью которых люди следят как за участниками реалити-шоу, стали футболисты, ранее вызывавшиеся в сборную страны, — Павел Мамаев и Александр Кокорин. Обвиняемые в хулиганстве и умышленном причинении вреда здоровью футболисты встретили Новый год в знаменитой «Бутырке». Ранее люди с интересом читали о том, как проходят тренировки спортсменов в условиях СИЗО, как в арестованных футболистах просыпался интерес к религии и как выстраивались их отношения с сокамерниками.

Помимо Мамаева и Кокорина наступление нового года отметили в СИЗО экс-глава Марий Эл Леонид Маркелов, братья Зиявудин и Магомед Магомедовы из группы компаний «Сумма», бывший руководитель ГСУ СК по Москве Александр Дрыманов.

Встретить праздник в изоляторе — неприятное дело, но есть и ободряющий момент, ведь теперь год, проведенный в СИЗО, будет приравниваться к 1,5, а иногда и к 2 годам в местах лишения свободы.

В заключении «сидеть» меньше, а в зале суда — по-человечески

Одна из главных претензий находящихся в СИЗО граждан — это отсутствие, по их мнению, внятных причин для нахождения за решеткой. Многие, и это подтверждает бизнес-омбудсмен Титов, жалуются на то, что следователи не приходят в СИЗО и месяцами не назначают никаких действий по делу. При этом условия содержания в СИЗО в ряде аспектов тяжелее условий отбывания наказания в виде лишения свободы, по крайней мере, на общем режиме.

В этом году был принят долгожданный закон «год за полтора». Теперь при назначении наказания в виде лишения свободы один день содержания лица под стражей в следственном изоляторе будет засчитываться следующим образом: при отбывании наказания в тюрьме и исправительных колониях особого и строгого режима — за один день; в исправительной колонии общего режима и воспитательной колонии — за полтора дня; в колонии-поселении — за два дня в СИЗО.

После принятия закона тысячам осужденным пересчитали сроки отбытого наказания. Так, на свободу вышел осужденный за мошенничество предприниматель Юрий Осипенко, который провел в СИЗО почти 7 лет, дожидаясь окончания следствия, а затем — еще более года во время судебного разбирательства. Так что теперь многие подследственные смогут, если не понять причины, по которым они продолжают находиться в СИЗО, то хотя бы подсчитать, как это может отразиться на будущем наказании.

Обещанного ждут три года, а закона «год за полтора» ждали целых десять лет — столько он пробыл в Госдуме до момента принятия. В этом году Совет Федерации дал еще один повод для оптимизма, предложив убрать «клетки» и «аквариумы» из залов судов. И многие эксперты считают, что принятие сенаторского законопроекта вряд ли затянется на годы.

Глава комитета Совета Федерации по законодательству Андрей Клишас публично называл «клетки» и «аквариумы» в залах судов позорным явлением, Минюст сообщил о большом числе жалоб в ЕСПЧ на унижение человеческого достоинства путем помещения в защитные кабины.

Интересно, что еще весной тему упразднения защитных кабин в залах судов активно поднимал президентский Совет по правам человека, и если Верховный суд и Минюсттогда говорили о необходимости проработки данного предложения, то Следственный комитет и Генпрокуратура посчитали, что лучше все оставить как есть.

Еще одну важную инициативу представило в этом году Правительство РФ. Первое чтение в Госдуме прошел законопроект, устанавливающий более строгие требования к продлению меры пресечения в виде ареста на период ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела.

Проблемы в СИЗО

Нас уже давно не удивляют жалобы обвиняемых на условия содержания в СИЗО: тесноту в камерах, температурный режим, а иногда и отсутствие горячей воды. Однако прошедший год отметился жалобами далеко не бытового характера. Так, экс-глава Серпуховского района Александр Шестун, обвиняемый в превышении должностных полномочий, судится с администрацией СИЗО «Лефортово» из-за того, что та отказалась допустить к нему нотариуса.

В позапрошлом году по инициативе главы государства в УПК были внесены поправки о праве адвоката на свидание с находящимся под стражей обвиняемым или подозреваемым перед вступлением в дело при условии предъявления ордера и удостоверения. Поскольку профильный федеральный закон о содержании под стражей оперирует понятием «защитник», возникают разночтения. Согласно трактовке ФСИН, право адвоката на первое свидание с клиентом должно реализовываться при условии уведомления следователя, а адвокаты, в свою очередь, считают, что не должны бегать за следователями. Так что компромиссного решения пока не просматривается.

В то время как разрешением указанных противоречий занимается Минюст, а ФПА пытается решить вопрос обмена документами между адвокатом и подзащитным в ходе свиданий в СИЗО, в 2018 году все ждали развязки истории с ВИП-камерами в «Матросской тишине».

Резонансный случай стал достоянием общественности благодаря деятельности членов ОНК. Общественники обращали внимание не столько на сам факт создания отдельных условий (что само по себе не так уж и плохо) в пределах режимного учреждения, сколько на вымогательство денег с заключенных и их родственников. Однако правоохранительные органы не обнаружили поводов для возбуждения дела.

Выборы в СИЗО

Минувший год отметился и другими важными событиями, связанными с жизнью под стражей. На наш взгляд, особого внимания заслуживают выборы.

Одно из базовых прав гражданина — избирательное. Единый день голосования — един для всех. И хотя жизнь в СИЗО накладывает много ограничений на обвиняемых и подозреваемых, избирательное право остаётся неприкосновенным.

В этом году подследственные голосовали на выборах президента РФ, а также в единый день голосования. Участие в мониторинге избирательных прав граждан в местах принудительного содержания приняли Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова, члены ОНК и общественные наблюдатели.

По данным омбудсмена, в единый день голосования 9 сентября более 27 тысяч избирателей находилось за решеткой. Штаб общественного наблюдения за выборами в Москве привел данные о явке на избирательных участках в СИЗО, которая превысила отметку в 98%.

источник