ФСИН зазеркальный и ФСИН реальный. Или как ФСИН-мечта Валерия Максименко рушится искренними...

ФСИН зазеркальный и ФСИН реальный. Или как ФСИН-мечта Валерия Максименко рушится искренними начальниками на местах

132
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
http://ccc.ulstu.ru/upload/iblock/aba/aba2951bec785193fc31f88e9cac9cce.jpg

Председатель Комитета против пыток, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Игорь Каляпин:

«На фоне прекрасных интервью заместителя директора ФСИН России Валерия Максименко из Зазеркалья, в которых он рассказывает, что его ведомство открыто и готово к сотрудничеству, что никто не собирается «выгораживать честь мундира» и скрывать негативные явления, недавно я получил письмо от начальника оренбургского УФСИНа Сергея Поршина, возвращающее меня в настоящую реальность, в которой всё выглядит как-то уж прям совсем иначе.

Два года, как я и мои коллеги по Комитету против пыток взываем к здравому смыслу, офицерской чести и тому самому мундиру, за мнимую, а не реальную чистоту которого так переживают представители Федеральной службы исполнения наказаний.

Два года мы просим, чтобы руководители ведомства извинились за тяжкие и отвратительные преступления, которые совершили офицеры оренбургских колоний и СИЗО и в отношении которых были вынесены обвинительные приговоры:

– использование осужденных в своих личных целях при строительстве дачи, угрозы, в том числе с применением оружия,

– избиение и сексуальное насилие над осужденным под руководством офицеров колонии,

– избиение осужденного офицерами СИЗО, после которого он скончался.

Знаете, что нам каждый раз отвечали?

«Принесение извинений действующим законодательством не предусмотрено».

Сначала в 2017-ом году нам так ответил начальник УФСИН России по Оренбургской области Владимир Андреев.

После того, как замдиректора ФСИН России Валерий Максименко принес публичные извиненияосужденному Евгению Макарову, которого пытали сотрудники ярославской колонии, мои коллеги обратились к господину Максименко с просьбой принести извинения и фигурантам трех уголовных дел из Оренбургской области, которые пострадали от преступных действий сотрудников ФСИН.

Мы рассчитывали, что эти заявления Валерия Максименко не популизм и не желание «отмазаться» за скандал в Ярославле, а достойная позиция руководителя и офицера, и он посчитает правильным и необходимым извиниться и перед другими потерпевшими. К сожалению, этого не произошло.

Ответ мы получили всё с той же формулировкой, причем господин Максименко уже не стал выступать в роли открытого обществу искреннего управленца из Федеральной службы исполнения наказаний и не стал утруждать себя ответом – канцелярскую отписку мы получили не от него, а из правового управления ФСИН – «Законодательством не предусмотрено».

После этого уже я сам лично обратился к директору ФСИН Геннадию Корниенко с просьбой поручить его оренбургским подчиненным извиниться перед потерпевшими от преступлений сотрудников ведомства. Также я попросил господина Корниенко решить уже, наконец, вопрос об обязанности руководителей в системе ФСИН извиняться перед пострадавшими от преступлений ее сотрудников.

Помимо этого, я предложил господину Корниенко помощь юристов Комитета против пыток в проведении с личным составов оренбургского УФСИН занятий в рамках служебной подготовки по теории прав человека и по вопросам недопустимости нарушения прав человека в ходе служебной деятельности.

Но господин Корниенко не пытается демонстрировать даже видимость открытости обществу, как господин Максименко, и ответа от главы тюремного ведомства я тоже не получил.

По непонятной мне причине мое письмо «спихнули» в оренбургское УФСИН. Туда, где вопросы, озвученные в моем обращении к Корниенко, в принципе, решить не могут – это не в их компетенции.

И вот уже новый начальник оренбургского Управления Сергей Поршин (кстати, старый начальник после многочисленных преступлений своих высокопоставленных подчиненных, думаете, был уволен? Нет, его повысили и перевели на работу в Пермский край) вновь объяснил нам всем, что обязанность извиняться «законом не предусмотрена».

А также послал меня подальше с моими предложениями о сотрудничестве и помощи.

Написал, что «руководство УФСИН по Оренбургской области приняло к сведению глубокую озабоченность представителей МРОО «Комитета против пыток» вопросами формирования позитивного облика УИС перед обществом и повышения профессиональной подготовленности личного состава. Вместе с тем, сообщаем, что указанные направления деятельности планомерно реализуются квалифицированными специалистами соответствующих профильных служб территориального органа ФСИН России. В каком-либо содействии со стороны юристов МРОО «Комитета против пыток» служебной деятельности подразделений, УФСИН России по Оренбургской области не нуждается».

Хотелось бы спросить господина Поршина.

Вы правда считаете, что в вашем ведомстве всё в порядке и «указанные направления деятельности планомерно реализуются квалифицированными специалистами соответствующих профильных служб»?

У вас начальнику колонии Хусаинову осужденные строили дачу, у вас этот же начальник на пару со своим заместителем Кумаровым организовал показательное «опускание» другого осужденного, у вас начальник СИЗО Шнайдер с подчиненным Симоненко забили до смерти осужденного и не давали «скорой» его забрать, чтобы спасти…

Более того, каждый раз при совершении этих преступлений присутствовали и другие сотрудники ФСИН, которые не только не предпринимали никаких мер, чтобы остановить преступные деяния своих начальников, но затем неоднократно давали ложные показания во время предварительного следствия, пытаясь спасти своих боссов от наказания.

И Вы, господин Поршин, считаете такое поведение своих подчиненных нормальным результатом деятельности «квалифицированных специалистов соответствующих профильных служб»?

Только благодаря работе юристов Комитета против пыток эти чудовищные преступления были вскрыты. А виновные были наказаны. Но именно эти юристы и не попали в новый состав Общественной наблюдательной комиссии – «… поскольку за них никто не проголосовал» – так нам это объяснило руководство Общественной палаты России.

Но мне очевидно, что эти юристы были выдавлены из Общественной наблюдательной комиссии как неугодные и неудобные, как вскрывшие эти гнойники в вашем ведомстве – как люди, в конце концов, по-настоящему много сделавшие для реальной чистоты вашего мундира.

Теперь Вы пишете, что в их содействии Вы не нуждаетесь.

Надеюсь, замдиректора ФСИН Максименко не сильно обидится на Вас за эту Вашу искренность и что такими ответами Вы разбиваете его прекрасное Зазеркалье, из которого он нам много чего хорошего рассказывает про тюремное ведомство.

По моим наблюдениям, в реальности, а не в Зазеркалье, ФСИН пытается адекватно реагировать только в тех случаях, когда очередные безобразия, произошедшие в ведомстве, становятся достоянием общественности и грозят серьезными репутационными потерями. А если детали преступления и сцены с пытками не опубликованы в федеральных СМИ, руководство ведомства и внимания не обратит на это. Так же, как и на прокурорские представления и предписания, и даже на решения судов. И уж тем более наивно, видимо, ожидать извинений от руководства ФСИН перед потерпевшими…

Нет публичного скандала в федеральной прессе – не будет и извинений».

Источник: Комитет против пыток