«Это один из крайних методов протеста в тюрьме»: правозащитник и экс-заключенный –...

«Это один из крайних методов протеста в тюрьме»: правозащитник и экс-заключенный – о голодовках за решеткой

77
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Сейчас в СИЗО голодает Игорь Лосик, администратор телеграм-канала «Беларусь головного мозга». Его обвиняют в участии в массовых беспорядках и организации действий, грубо нарушающих общественный порядок. Лосик считает обвинения необоснованными, поэтому 15 декабря он объявил голодовку.

 

- Я несправедливо лишен свободы и возможности увидеть свою семью. Полгода я уже просидел в тюрьме по абсурдному обвинению в преступлении, для совершения которого я должен был бы воспользоваться телепортом. У меня было и есть алиби, но следствие это полгода игнорировало. Хорошо все обдумав, взвесив все «за» и «против», я решился на такую крайнюю меру, чтобы попытаться добиться справедливости, - так в письме из СИЗО он объяснил причину своей голодовки.

Игорь Лосик заявил, что надеется на поддержку белорусов и просит помощи у международных организаций.

Вместе с Игорем Лосиком с 15 декабря голодала его жена Дарья, 21 декабря она прекратила голодовку. По ее словам, после интервью и видеообращений на ее семью начался сильный прессинг. Игорь прекращать голодовку пока не собирается.

В знак несогласия с обвинениями в СИЗО голодал адвокат, член президиума Координационного совета Максим Знак.

Его обвиняют в призывах к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь. 18 сентября он объявил голодовку, она продолжалась 10 дней. За это время он похудел на 6 килограммов.

Правозащитник: «Голодовка - один из крайних методов протеста заключенных»

- Голодовок на моей памяти было много – и в ЦИПе, но чаще – в СИЗО, в местах лишения свободы, в штрафных изоляторах, куда заключенных помещают якобы за дисциплинарные проступки, - говорит Валентин Стефанович из лишенного регистрации правозащитного центра «Вясна». - Это один из крайних методов протеста заключенных: его можно сравнить с такими методами, как умышленное членовредительство, когда заключенные наносят себе увечья, режут вены, вскрывают живот и так далее. Таким образом они пытаются обратить внимание на свое положение.

Голодовка может быть сухой, когда человек отказывается от всего, включая воду. При обычной голодовке воду все-таки пьют.

- Когда не пьют воду – это совсем опасно, потому что без влаги человек быстрее может умереть. На моей памяти смертей белорусских заключенных из-за голодовки не было, хотя история других стран знает такие случаи. В критических ситуациях людей кормят насильственно: так произошло с Виктором Гончаром, - говорит правозащитник.

Напомним, бесследно исчезнувший в сентябре 1999-го Виктор Гончар, провел десятидневную сухую голодовку весной 1999 в изоляторе на Окрестина. Политик, государственный деятель, бывший председатель Центральной комиссии по выборам и проведению референдумов оказался там по обвинению в организации несанкционированного собрания. Арестовали Гончара за час до открытия заседания оппозиционного избиркома.

В 2012 через принудительное кормление прошел витебский активист Сергей Коваленко. Его обвиняли в уклонении от отбывания наказания в виде «домашней химии» - это наказание ему назначили за вывешивание бело-красно-белого флага на главной новогодней елке Витебска.

По словам Валентина Стефановича, голодовкой политзаключенные иногда добивались улучшений по режиму.

- Но чтобы кого-то освободили из-за этого – вряд ли. Все-таки освобождение политзаключенных было связано с более глобальными внешними процессами: например, потеплением отношений между Беларусью и Западом. Когда в 2011 году были угрозы применения более жестких экономических санкций по отношению к Беларуси, большинство политзаключенных освободили.

Одна из первых голодовок, о которой узнал правозащитник - голодовка профессора Юрия Ходыко. Доктор физико-математических наук, политик, один из первых признанных политзаключенным в независимой Беларуси был арестован после митинга «Чернобыльский шлях» 26 апреля 1996 года. 28 апреля в СИЗО на Володарского Ходыко объявил бессрочную голодовку. Она продолжалась 23 суток, а 21 мая его освободили под подписку о невыезде и сразу доставили в больницу.

- Его арест вызвал довольно большой резонанс, поговаривают, что даже Борис Ельцин звонил Александру Григорьевичу и говорил, что нехорошо профессоров в тюрьме держать. Уголовное дело в отношении Ходыко позже прекратили. Ну а потом голодовки политзаключенных стали довольно частым явлением. Этот протест подразумевает определенный резонанс, когда об этом пишут журналисты, говорят правозащитники, в том числе международные. Поэтому, наверное, обычные заключенные, которые не могут рассчитывать на такой резонанс, не голодают.

Бывший политзаключенный Сергей Скребец о своей 40-дневной голодовке: «Голод притупляется, но тошнота и интоксикация – нет»

Сергей Скребец, бывший депутат Палаты Представителей, руководитель оппозиционной депутатской группы «Республика» и претенденты в кандидаты на пост президента Республики Беларусь 2001 и 2006 годов в знак протеста голодал несколько раз, одна из голодовок длилась 40 суток.

В 2005 году его обвинили в выманивании кредитов у государства, незаконной предпринимательской деятельности и подготовке к даче взятки в особо крупных размерах. В знак протеста Скребец объявлял голодовки.

За время заключения Сергей Скребец провел несколько голодовок, одна из них длилась 40 дней. Фото: svaboda.org

- Полтора года, пока сидел, я или голодал, или выходил из голодовки, то есть процесс был практически непрерывным. Я просто перестал есть с того момента, когда меня арестовали, - рассказывает «Комсомолке» Сергей Скребец. - Меня везли из Минска в Брест, и там, по дороге, я и объявил голодовку. Милиционеры тогда посмеялись. Конечно, об этом никто не знал. Но это был единственный способ протеста, который я мог там применить.

Когда начались гонения на всю группу «Республика», я уже понимал, что буду сидеть. И готовился к голодовке. Тогда нас, парламентариев, возили по разным экскурсиям на предприятия, столы ломились, а я сидел воду пил. Депутаты спрашивали: «А почему ты ничего не ел?». Отвечал, что готовлюсь сидеть. Они думали, что это шутка.

Сергей Скребец рассказывает, что голодать в тюрьме особенно тяжело, потому что там нет свежего воздуха, людей редко выводят на прогулки, в камере постоянно кто-то курит, кто-то ест, кто-то идет в туалет.

- В таких условиях голодать неприятно. Но меня поддерживала злость. В первые дни за счет собственных резервов организм еще находится в более-менее нормальном состоянии. Потом поедает сам себя: мышцы, жир. Вода помогает расщеплять это все. Происходит сильная интоксикация организма, постоянно тошнит. Голод притупляется, но тошнота и интоксикация – нет.

Политик вспоминает, что в первую неделю голодовки он потерял больше всего килограмм.

- Бывали дни, когда я терял килограмм в день. После 20-го дня меня взвешивали каждый день и пульс меряли. Я потерял около 30 килограммов за 40 суток – это была сильная потеря, не знаю, почему – во время других голодовок так не было. На 36-й день у меня была температура около 34 градусов, верхний пульс понизился до 70 – организм сворачивает процессы. Но я не выглядел умирающим – я так думаю, зеркала там не было. Тогда тюремщики не на шутку перепугались и сказали, что будут насильно вводить еду, но это еще хуже. Я пообещал, что скоро буду выходить. Стал пить воду, разбавленную яблочным, свекольным соком. Организм начал жить, перестали происходить обмороки. В последние дни голодовки в туалет я уже боялся один ходить, потому что в обморок падал постоянно. Находился в прострации. Но силы передвигаться были. В последние пять суток ты голодаешь по часам: час прошел, уже считаешь, что сделал подвиг. Те унижения, через которые приходится проходить, легче переносятся, когда голодаешь. Мне, во всяком случае, было легче. Я считаю, что это не принесло мне серьезных проблем со здоровьем. Да, тяжеловато было восстанавливаться, но хронических последствий не было.

Самые длительные голодовки белорусских политзаключенных

Николай Автухович – 74 и 90 дней

Две самые длительные голодовки держал Николай Автухович – волковысский предприниматель, кандидат в депутаты Палаты предствителей на выборах 2004 года, активист предпринимательского движения. Первый срок он отбывал за неуплату налогов в особо крупном размере. Второй - за незаконное хранение охотничьего ружья и пяти патронов к нему.

Одна из голодовок Николая Автуховича длилась 90 дней

За это время за решеткой он держал несколько голодовок (74 дня в 2006 и 90 – в 2009-м). После первой голодовки Автуховичу изменили меру пресечения на домашний арест по месту жительства. Во время второй, 90-дневной голодовки Автухович требовал или передать его дело в суд, или изменить меру пресечения на подписку о невыезде. Эти требования удовлетворены не были. За три месяца голодовки Автухович сильно подорвал здоровье, похудел на 35 килограммов.

Сейчас Автухович снова стал обвиняемым по уголовному делу – в декабре 2020 его вместе с группой других людей обвинили в создании «террористической группировки», которая поджигала автомобили и дома силовиков Гродненской области.

Александр Козулин – 55 дней

Экс-кандидат в президенты на выборах 2006 года, лидер Белорусской социал-демократической партии (Грамада) голодал в колонии «Витьба-3».

В июле 2006 по обвинению в злостном хулиганстве и организации массовых беспорядков приговорили к 5,5 годам колонии. Александр Козулин себя виновным не признал, и 20 октября в знак протеста начал бессрочную голодовку, которая в результате продлилась 53 дня. Условием для прекращения голодовки он назвал рассмотрение белорусского вопроса в Совете безопасности ООН. 13 декабря 2006 года представитель США Уильям Бренсик во время закрытого заседания в СБ ООН озвучил ситуацию с правами человека в Беларуси. Сенатом США был поддержан законопроект, в котором президента США призвали ввести дополнительные санкции против Беларуси.

За 8 месяцев заключения и больше 50 дней голодовки Козулин потерял 41 кг веса.

В августе 2008 Козулин был освобожден в результате помилования Александром Лукашенко.

Источник: https://www.kp.by/daily/1712106/4347147/