Президент России Владимир Путин провел встречу с членами Совета по развитию гражданского...

Президент России Владимир Путин провел встречу с членами Совета по развитию гражданского общества и правам человека

175
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Президент Российской Федерации Владимир Путин сегодня провел встречу с Советом по развитию гражданского общества и правам человека.

В фокусе внимания участников заседания – меры, направленные на реализацию Концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Кроме того, на повестке дня вопросы, связанные с работой Совета по обеспечению экологических прав граждан, в частности доступа к информации о состоянии окружающей среды и строительстве объектов переработки бытовых отходов.

ПРЯМАЯ ТРАНСЛЯЦИЯ

 

Стенограмма заседания Совета по развитию гражданского общества и правам человека

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Нам предстоит сегодня обсудить проблемы, которые находятся в центре внимания правозащитного сообщества. Очень рассчитываю, что наш разговор, как всегда, будет нацелен на результат, на принятие необходимых решений.

Но прежде всего, уважаемые коллеги, предлагаю почтить память Елизаветы Петровны Глинки и Даниила Борисовича Дондурея минутой молчания, отдать им должное. Со времени нашей прошлой встречи у нас не было возможности вместе отдать дань памяти этим ярким, прекрасным людям, много сделавшим для страны и для общества и, разумеется, для нашего Совета – это, безусловно, очень большая утрата.

В своей деятельности Совет затрагивает самые различные сферы, наиболее актуальные и острые вопросы, вносит значимый вклад в объективное отражение ситуации с обеспечением прав граждан. Важно, чтобы Совет и дальше оставался чутким барометром общественных настроений и уделял повышенное внимание тем проблемам, которые волнуют большинство людей.

Правозащитным институтам и государству необходимо совместно работать над тем, чтобы эти базовые права неукоснительно соблюдались, чтобы люди реально ощущали уверенность в своей социальной защищённости.

На нашей прошлой встрече поднимались вопросы, касающиеся некоммерческих организаций, выполняющих функции так называемого иностранного агента. По моему поручению и по предложениям, которые последовали и которые были сформулированы многими из вас, проанализирована правоприменительная практика по отношению к таким НКО. Активное участие в этой работе приняли Татьяна Николаевна Москалькова и Михаил Александрович Федотов.

Сейчас в реестре иностранных агентов почти в два раза меньше таких организаций: их количество сократилось со 165 до 89. Это всего 0,39 процента от общего числа НКО, зарегистрированных в Российской Федерации. При этом в 2017 году в реестр внесено в четыре раза меньше организаций, чем в 2016 году.

Конечно, это было бы невозможно без изменения позиции самих некоммерческих организаций. Как вы знаете, для исключения из реестра надо либо прекратить заниматься политической деятельностью, либо отказаться от получения иностранных денег. И НКО достаточно активно идут именно по второму пути.

Тем более что сейчас созданы благоприятные условия для того, чтобы не искать деньги на стороне, за рубежом, на политическую деятельность, а получить финансирование в России. За последние пять лет только в рамках президентской грантовой поддержки на развитие НКО направлено более 22 миллиардов рублей, а ежегодный объём финансирования вырос в семь раз.

Дорогие коллеги! Наша встреча проходит в День памяти жертв политических репрессий. Сегодня будет открыт мемориал «Стена скорби». Его создание – результат инициативы Совета, как и выработка самой Концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Открытие памятника особенно актуально в год 100-летия революции. Рассчитываю, что эта дата будет воспринята нашим обществом как подведение черты под драматическими событиями, которые разделили страну и народ, станет символом преодоления этого раскола, символом взаимного прощения и принятия отечественной истории такой, какая она есть – с её великими победами и трагическими страницами.

Не сомневаюсь, что Совет и в дальнейшем будет работать на объединение нашего общества, выступать объективным, мудрым арбитром при разрешении любых, даже самых сложных проблем.

Позвольте передать слово Михаилу Александровичу. Пожалуйста, Михаил Александрович.

М.Федотов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Спасибо за Ваши добрые слова о Елизавете Петровне и Данииле Борисовиче. Согласитесь, они оба были преисполнены той жертвенности, а мы сегодня, в День памяти жертв политических репрессий, будем много говорить о жертвах, так вот они были преисполнены той жертвенности, которая двигала и многими советскими правозащитниками, ставшими реальными жертвами политических репрессий.

Сегодня все мы будем участвовать в открытии общенационального мемориала. Но завершён ли процесс реабилитации жертв? Не в узко юридическом, а в широком человеческом смысле? В смысле восстановления того, что было утрачено? Всем ли возвращены их рукописи, их заслуги, их доброе имя?

Например, Андрей Дмитриевич Сахаров трижды удостоен звания Героя социалистического труда за свою научную деятельность. А в январе 1980 года Андрей Дмитриевич Сахаров лишён этого звания за свою правозащитную деятельность, и до сих пор эта несправедливость не исправлена. Скоро исполнится сто лет со дня рождения Андрея Дмитриевича Сахарова, и у нас есть конкретные предложения, как можно было бы отметить юбилей этого великого учёного и правозащитника.

В каком-то смысле все мы стали жертвами политических репрессий недавнего прошлого. Настолько глубоко засели в нас податливость пропаганде, страх перед начальством, иждивенчество, нетерпимость. «Разобщённость человечества грозит ему гибелью», – писал Андрей Дмитриевич Сахаров.

Разобщённость общества столь же опасна. Только через честный диалог, через всеобщее пропагандистское разоружение, уважение человеческого достоинства, солидарность перед лицом общих угроз можно прийти к настоящей реабилитации нашего общества, к восстановлению его жизненных сил.

В следующем году весь мир будет отмечать 70-летие всеобщей Декларации прав человека. Наша Конституция вобрала в себя весь потенциал Декларации, но в практическом плане нам ещё предстоит решить много проблем. Вот почему мы предлагаем разработать национальный план действий в пользу прав человека, чтобы на перспективу распланировать законодательные и иные усилия, нацеленные на достижение реального прогресса в обеспечении всего спектра прав человека. Одновременно нужно будет предусмотреть механизм открытого общественного мониторинга за реализацией национального плана действий.

В этом плане должно найтись место и для тех, кто считает себя жертвами несправедливости: несправедливости, проявленной судьями, следователями, губернаторами, мэрами, руководителями предприятий и организаций. Сразу вспоминается прозвучавшее на прошлой нашей встрече предложение Тамары Георгиевны Морщаковой об учреждении института независимого прокурора.

К сожалению, дальнейшего развития эта идея не получила, но проблема восстановления справедливости не может оставаться нерешённой. Вот почему есть идея попробовать подойти к этой проблеме с другой стороны. Если нельзя создать независимого прокурора, то можно попробовать обеспечить независимость прокурору.

Поэтому предлагается дать прокурору право возбуждать уголовные дела, когда речь идёт о защите прав и свобод человека и гражданина, выступать в защиту прав граждан по гражданским делам в любой инстанции, знакомиться со всеми материалами уголовного дела на стадии предварительного следствия, давать предварительное согласие на обращение следователя в суд за санкцией на арест или производство обыска. Одновременно следовало бы ввести обязательный ежегодный отчёт прокуроров перед населением. Чтобы жертв было меньше, нужны пожертвования на их защиту.

Вы сказали, Владимир Владимирович, что значительно увеличена сумма грантов на поддержку некоммерческих организаций. Это абсолютно точно, но предлагаю подумать над тем, чтобы фонд президентских грантов смог получать и распределять на конкурсной основе не только бюджетные средства, но и пожертвования отечественных и зарубежных корпораций, заинтересованных в развитии российского гражданского общества. Это особенно важно для правозащитных организаций, поскольку российские благотворительные фонды поддерживать их боятся, а брать деньги у иностранных фондов значит записываться в иностранные агенты.

Уважаемые коллеги, наша сегодняшняя встреча проходит в условиях жёсткого дефицита времени. К 17 часам нас всех ждут сотни людей на открытии мемориала жертвам политических репрессий на проспекте Академика Сахарова на холодном ветру и под дождём. Среди собравшихся немало бывших узников ГУЛа – людей, мягко говоря, немолодых. Поэтому я максимально сократил своё выступление и прошу всех докладчиков сделать так же или как минимум строго соблюдать отведённое время.

И ещё просьба к Вам, Владимир Владимирович! Найдите, пожалуйста, возможность ещё раз встретиться с Советом весной, чтобы мы могли Вам доложить результаты мониторинга президентской избирательной кампании и поговорить уже спокойно, без спешки на другие правозащитные темы.

В.Путин: Хорошо, спасибо большое.

Некоторые коллеги предлагали сегодня прекратить трансляцию, а потом опубликовать письменный доклад, стенограмму, но я не вижу необходимости. Давайте мы трансляцию продолжим до того момента, пока будем работать, и всё.

Просто мы обычно во времени себя не ограничиваем, часа по два, по три здесь дискутируем. Сегодня будет покороче, ну и что? Пускай трансляция идёт, если нет возражений, конечно.

Людмила Михайловна, пожалуйста.

Л.Алексеева: Уважаемый господин Президент!

Как правозащитник с более чем 50-летним стажем я и буду говорить о том, что меня как правозащитника волнует, – о процедуре помилования, введённой Вами, Владимир Владимирович, в самом конце 2001 года.

Это совсем не многоступенчатая процедура, всего три инстанции. Сначала, естественно, осуждённый пишет просьбу о помиловании, затем надо получить заключение от руководства колонии.

Просьба о миловании с этим заключением поступает в региональную комиссию по помилованию и с её заключением – в Администрацию Президента. Там готовят список на помилование для Президента, который, по нашей Конституции, единственный в стране имеет право помиловать.

Всё правильно в Вашем Указе: процедура короткая, без бюрократии. В регионах лучше знают, кого у них надо помиловать, поэтому разумно передать им право в этом разобраться. Но Указ издан 15 лет назад, и уже можно подвести итоги по новой процедуре.

А получилось, Владимир Владимирович, что Вы предоставленное Вам, только Вам, право добровольно передали совершенно неизвестным Вам людям – членам региональных комиссий по помилованию. А кто эти люди?

Их назначают губернаторы, они отправляют в эти комиссии своих людей, а назначения эти очень «хлебные». Ведь когда человек попал в заключение, ни он, ни его родные и близкие ничего не пожалеют, чтобы его оттуда вызволить.

Ничего плохого не хочу сказать ни о членах комиссий по помилованию, ни о губернаторах. Я, например, бывшего губернатора Кировской области господина Белых много лет знаю, ещё когда он был всего лишь средней руки бизнесменом, и когда губернатором стал, тоже общалась.

Могу поручиться: он взяток не брал, не такой человек. А вот из региональных комиссий по помилованию я никого не знаю, даже московской. Среди членов комиссий по помилованию наверняка могут найтись нечистые на руку люди. Это просто здравый смысл подсказывает, уж очень «хлебные» места.

Конечно, Владимир Владимирович, Вы сами не можете отбирать людей на помилование, кому-то Вы должны это поручить, но Вы можете сами отбирать людей для такого поручения. Это должны быть люди и Вам, и многим россиянам известные, с хорошей репутацией, чтобы ни Вы, ни наши сограждане не сомневались в их бескорыстии.

И ещё это должна быть общественная работа, значит бесплатная, а работы тут много, но главное, это должен быть совет по помилованию при Президенте. Только Вы обладаете этим правом и не передоверяйте его никому. Благодарность за помилование должна относиться только к Президенту и ни к кому более.

Владимир Владимирович! Несмотря на своё жалкое колясочное существование, я готова войти в такой совет, если, конечно, Вы на это согласитесь. Члены такого совета должны быть известны всей стране. Кто, я полагаю, отвечает этим требованиям? Скажу: актриса Чулпан Хаматова или депутат Госдумы Галина Петровна Хованская, сенатор Владимир Петрович Лукин – прежний Уполномоченный по правам человека, известный людям по телевидению Николай Карлович Сванидзе, бывший Уполномоченный по правам человека в Москве Александр Ильич Музыкантский.

Но лучше всех Вам поможет определить таких людей Татьяна Николаевна Москалькова. Она таких людей знает не только по своей нынешней должности, но и по тому, что она прежде много занималась вопросами помилования. И на нынешней своей трудной должности она работает самоотверженно, себя не жалеет.

Под конец немного статистики. Прежней комиссией по помилованию с 1996 по 2001 год, то есть за пять лет, помилован 36 901 осуждённый. В тот период в состав комиссии входили такие известные всем люди, как Булат Окуджава, Анатолий Приставкин, Лев Разгон, Александр Бовин. После передачи этой процедуры в регионы с 2002 по 2016 год, то есть за 15 лет, помилованы всего 890 человек.

А народ у нас с древности жалеет заключённых, их всегда называли «несчастненькие». Вы знаете, в Сибири для беглых каторжников крестьяне оставляли в лесных сторожках еду. Это сочувствие к «несчастненьким» сохранилось до сих пор, несмотря на телевизор, который стремится разжечь в людях истерическую ненависть ко всем и ко всему миру.

По всей стране эта истерическая атмосфера ненависти растёт – телевизор не зря старается. Но это не распространяется на «несчастненьких». Их по-прежнему жалеют и добрую память сохраняют о милостивых правителях, а не о скупых.

Так что упразднение Комиссии по помилованию при Президенте оказало Вам, извините меня, плохую услугу, Владимир Владимирович. На этом закончу о процедуре помилования. Только скажу ещё, Владимир Владимирович, будьте в глазах людей милостивым Президентом. У нашего народа милосердие в большой цене.

Второй сюжет, очень коротко. Есть такое общественное объединение – Конгресс интеллигенции. В него входят очень достойные люди. Вы убедитесь в этом по подписям под заявлением об этом объединении, я Вам передам. Под ним уже около трёх тысяч человек подписались. Я тоже его подписала.

О чём мы пишем? Запретительные законы наша Дума «печёт», как блинчики, в народе её за это, простите меня, прозвали «госдурой». А народ не дурак, население Москвы, Вашего родного Санкт-Петербурга и городов-миллионщиков перестали или перестают смотреть телевидение, переключаются на интернет. И одновременно в продвинутой части народа происходит радикализация протеста.

Я не радикал по натуре, не хочу этой радикализации и ухода протестных настроений в подполье тоже не хочу, всю жизнь была за открытость, даже если она опасна. Я хочу, чтобы народ, весь народ, а не только те, кто не хотят или не умеют думать, уважали и любили избранного нами Президента, а для этого не нужно нас дурить по телевидению.

Хватит всяких запретов! У нас уж запрещено более чем нужно, для того чтобы можно было свободно дышать. И не нужно, чтобы для этого приходилось бежать из своей страны. Надо, Владимир Владимирович, изменить отношение власти к гражданам.

Нас нужно убеждать, а не запугивать. Это труднее, но это единственный путь к нормализации отношений между властью и гражданами, особенно думающей частью общества. Конечно, это всегда меньшинство, но оно всё растёт.

Зачем я говорю Вам об этом, Владимир Владимирович? Вы и без меня это знаете. И поэтому спасибо за внимание.

Если можно, передам Вам своё письмо об академике Юрии Сергеевиче Пивоварове, заявление Конгресса интеллигенции, о котором я говорила, и ещё два письма, которые меня просили Вам передать мои коллеги по Совету.

В.Путин: Спасибо большое.

Что касается основного вопроса – совершенствования института помилования, то, наверное, – да не наверное, а точно, – мы должны всегда об этом думать, не думаю, что действующий порядок является совершенным. Он у нас был установлен, по-моему, 15 лет назад – в 2002 году.

Напомню, что это было за время, – это было время очень тяжёлых испытаний для российской государственности и кровавых событий на Северном Кавказе. И думаю, что такой порядок, более административный, был востребован, имея в виду то обстоятельство, которое я сейчас упомянул. Можно подумать и о возврате, возрождении Совета. Надо посмотреть внимательнее и проанализировать практику последних лет, не спеша это решение принять.

По поводу завершающей части Вашего выступления ничего говорить не буду. Вы правы, запретительных мер должно быть поменьше, все решения должны быть направлены на решение конкретных проблем, все акты государственные, нормативная база. Это понятно.

Что касается конкретных вещей, в том числе, скажем, виновности или невиновности губернатора Кировской области, это должен определить суд. Но согласитесь всё-таки, странным является объяснение, согласно которому губернатор субъекта Российской Федерации берёт деньги у предпринимателя, и не в Кирове, а в Москве, и не в рабочем кабинете, а в ресторане, и не в рублях, а в долларах. Это как-то очень странно. Поэтому, думаю, нужно, не предвосхищая решение суда, дождаться этого решения.

Спасибо Вам большое за Ваши предложения.

Николай Карлович, прошу Вас.

Реплика: Владимир Владимирович, прошу прощения. Можно два слова буквально?

В.Путин: Нет, секундочку. Сейчас у нас Николай Карлович выступит. Давайте мы все выступим, те коллеги, которые заявились, а потом подискутируем. Надеюсь, время останется.

Пожалуйста, Николай Карлович.

Н.Сванидзе: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Доклад, который, наверное, сейчас Вам Михаил Александрович положит на стол, довольно толстый, там чуть больше 30 страниц суммированных фактов анализа и рекомендаций, а остальное, что, собственно, и создаёт объём в основном, это приложения. Я по ходу объясню, что за приложения.

Речь идёт о массовых публичных мероприятиях, в данном случае на примере 26 марта и 12 июня этого года: 26 марта акции состоялись в 61 субъекте Федерации, акций было 136, из них 91 согласована и 45 – не согласованы. Это серьёзнейшая проблема. Сразу скажу: лучше согласовывать, чем не согласовывать.

Это, во-первых, соответствует нашей Конституции, 31-й статье. Есть у нас, во-вторых, и Федеральный закон № 54, и, в-третьих, решение Конституционного Суда от 4 февраля 2013 года. То есть законодательная база серьёзная, хотя она и нуждается в развитии.

Кроме того, практика опять-таки показывает, что лучше согласовывать. В ходе согласованных акций количество нарушений и задержаний стремится к нулю. Обе стороны должны желать согласования, но у власти несоизмеримо больше ресурсов и возможностей. У неё совершенно другой уровень ответственности, поэтому с власти больше и спрос.

Первое приложение в докладе – это документы, демонстрирующие варианты отказов согласовывать акции по российским регионам. Там богатейшая коллекция. Она приводит, к сожалению, к неприятному выводу о том, что у руководства многих регионов, включая такие, как Москва и Санкт-Петербург, отсутствует желание согласовывать политические мероприятия.

Каких только поводов для отказа там нет: замена плиточного покрытия – в Астрахани, экстренный ремонт поливочного водопровода, иногда вообще никаких поводов. Просто нельзя – и всё, как в Белгороде.

Или как в Санкт-Петербурге, где вице-губернатор Серов публично заявил, что не собирался и не будет предоставлять площадку для оппозиционного митинга. Речь шла о митинге Алексея Навального, но какая разница? Нигде – ни в Конституции, ни в законах Российской Федерации ничего не сказано о лишении оппозиции гражданских прав. Чаще всего поводом для отказа служит некое культурно-массовое мероприятие, которое всегда заявляется в то же время и на то же место.

источникhttp://president-sovet.ru/presscenter/news/read/4223/