25 мая Ростовский областной суд продлил меру пресечения содержания под стражей бизнесмену из Новочеркасска Юрию Осипенко. Это 27-е продление за почти 6 лет нахождения в СИЗО. При этом в отношении него не возбуждено уголовное дело и ему не предъявлено обвинение.
Напомним, в 2008 году Юрий Осипенко проходил свидетелем по делу о хищении денег у пайщиков кредитного кооператива «Инвестор-98», по сути пирамиды. Он оказался в числе подставных лиц, которым передавали полученные от граждан деньги. В 2009 году его обвинили уже в мошенничестве по 160 и 159 статьям («мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере»). Ранее Новочеркасским судом защите предпринимателя было отказано в представлении доказательств, а самого его удалили до окончания прений. В апелляционном суде Осипенко участвовал по видеосвязи.
Правосудие за закрытыми дверями
Пришедшие на апелляцию были с первых же минут огорошены заявлением судьи о том, что слушания пройдут в закрытом режиме.
- Ваша честь, основанием для закрытого судебного заседания на апелляционном суде не должен быть суд первой инстанции — есть постановление Верховного суда на этот счёт, - попыталась возразить адвокат Наталья Масалова.
- Давайте не будем обсуждать принятое решение, - был ответ.
- Ваша честь, - попытался вклиниться обвиняемый.
- Подождите. Давайте выясним, кто присутствует, остальные, не имеющие отношения к судебному заседанию, покидают зал.
- Ваша честь, у меня в связи с этим заявление, - сделал следующую попытку Осипенко.
- Заявление ваше мы рассмотрим.
- У меня заявление об отводе председательствующего, потому что данные действия считаю незаконными.
- Подождите, ещё не оглашён состав суда.
- Ваша честь, суд ещё не представился, а уже говорит, что принял какое-то решение, - попыталась воззвать к логике адвокат. Однако судья Анатолий Михневич остался непреклонен.
Из зала все выходили с растерянными лицами. Дело в том, что постановление о закрытом процессе по закону должно быть заблаговременно доведено до сведения общественности. В 241-й ст. УК говорится, что это «допускается... в случаях, когда того требует обеспечение безопасности участников судебного разбирательства, их родственников или близких». Чем может угрожать сидящий 6 лет в СИЗО бизнесмен?
«Нам дали определение, где была ссылка на то, что суд первой инстанции рассматривал вопрос о продлении меры пресечения тоже в закрытом заседании», - пояснил эксперт Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции» при Уполномоченном при Президенте РФ по защите прав предпринимателей Евгений Абаринов.
Судья отклонил и отвод судьи — сам же себе позволил продолжить процесс.
Семейный бизнес
Четырёхчасовые слушания за закрытыми дверями утомили ожиданием, и мы разговорились с мамой обвиняемого Ларисой Осипенко. Поначалу она отказывалась давать комментарии - «нашу семью все это время преследуют, потому что мы сопротивляемся». Но эмоции по поводу незаконности правосудия постепенно перешли в беседу о Юрии, о бизнесе, о жизни семьи.
«Мы будем бороться до последнего. Благодаря внутреннему стержню Юрий держится. Его дважды бросали в карцер на 15 дней, самый холодный — давили, пытаясь отнять патенты, заставляли подписать отчуждение лицензионного договора — не подписал. Он грамотный экономист, хороший оратор, и возможно, они думают, что если отпустят, он начнет ещё активнее бороться», - рассуждает Лариса Константиновна.
Но, по мнению друга семьи, пришедшего их поддержать, у Осипенко бывшие партнёры по бизнесу забрали всё, а вот мозги не смогли. Первое время они пытались продолжить их дело, но со временем свернулись. Предприятие «ZERS» отличается технологичностью, в основе которой собственные научные разработки отца Юрия Владимира Павловича.
Семейный бизнес Осипенко начали после развала Союза, когда переехали жить в Новочеркасск из Узбекистана. К созданию светодиодных ламп подошли в 2005 году, а в 2006-м уже осветили ими улицу в Азове, бесплатно и впервые в мире. Потом разработали и осуществили подсветку Триумфальной арки в Новочеркасске, в Ростове зданий Государственного банка, областной администрации, олимпийских объектов в Сочи. К слову, разработкой последнего объекта занимался и Юрий, находясь за решёткой.
Осипенко удалось сохранить бренд «Церс» и воссоздать предприятие заново. Сейчас в нём дочь Ксения возглавляет торговый дом, который продаёт светодиодные изделия. Владимир Осипенко делает новые разработки, Лариса Осипенко занимается внешними связями и организаторской работой, на Юрии были экономика и финансы. Наученные горьким опытом, они тщательно оберегают своё детище от возможных посягательств.
«Мы открытые люди — жили в другой республике, где иные отношения — это Юру и погубило. Всем доверял, не задумывался о людской подлости, потому что был занят только работой. Он патриот, и хочет несмотря ни на что работать на благо России. Из Узбекистана мы могли бы уехать жить за границу, но наш тогда 16-летний сын сказал: я никуда не уеду из России», - рассказала Лариса Константиновна».
Уже отсидел даже то, что мог получить в случае виновности
Тем временем из зала судебных заседаний слышались обрывки выступления обвиняемого: «По уголовному делу проходят председатель кооператива и его зам, я к данному делу отношусь незаконно».
Поясним, в деле фигурируют господа Федорцов и Черенкова, которые заключали договоры с вкладчиками финансовой пирамиды. При этом Галина Черенкова находится под домашним арестом, а главным обвиняемым почему-то сделали Юрия Осипенко, посадив за решётку. Второго заёмщика, обвиняемого в тех же действиях, что и Осипенко, Владимира Кузенко, вывели из процесса. Вдруг появились документы о его психическом расстройстве.
«Первые месяцы я вообще не мог понять, что происходит, - возмущается представитель потерпевших Николай Запольский. - Почему директор, финансовый руководитель кооператива «Инвестор-98» находятся под домашним арестом, а заёмщик за решеткой. По моей логике должно быть наоборот. Даже потерпевшие стали на сторону Осипенко, когда поняли, что виновник уйдет от наказания. Позиция суда абсолютно не понятна. Прокуратура должна быть солидарна с нами, но и она игнорирует нас».
Чтобы пересказать все нарушения в этом деле из 4 000 томов, не хватит места. Однако главное — удержание под стражей — так и не было устранено апелляционным судом.
Корпоративное право сохранять честь мундира
Как выразился после окончания суда представитель аппарата Уполномоченного по правам человека Валентин Богдан, ожидание чуда не оправдалось.
«Есть все основания для освобождения с реабилитацией, но суд применяет чрезмерно жёсткую меру пресечения. Я бы это назвал одним словом — беспредел. Это уникальный, из ряда вон выходящий случай — есть длительные сроки нахождения, но не так долго», - дал он свою оценку.
Евгений Абаринов считает, что Юрий Осипенко за 6 лет уже отбыл наказание, которое возможно по 159 статье.
«Даже если учитывать максимальный срок — 10 лет, то он мог бы воспользоваться правом на УДО и отсидеть половину, как говорит закон. Это право он уже утратил, что является нарушением принципа гуманности и объективности, - пояснил защитник.
Он также сообщил, что дело уже два раза слушалось в аппарате уполномоченного, прошло юридическую экспертизу и получило положительную оценку в плане поддержки предпринимателя.
«Мы констатируем масштабность заказа — такая тенденциозность должна быть обусловлена особым давлением, и ничего общего с законностью не имеет. Ростовские суды часто отличаются правовым нигилизмом и местечковым правосудием. Здесь судебная и правоохранительная система покрывают друг друга, сохраняя честь мундира», - констатировал представитель омбудсмена Евгений Абаринов.
Существование некоего корпоративного права и использования административного ресурса отметил и Валентин Богдан. Когда следствие в погоне за «палками» скрывает свои первоначальные недоработки, а суд этому потворствует. И, конечно, коррупционная составляющая.
Правозащитники продолжат отстаивать права Юрия Осипенко. Как сообщил Евгений Абаринов, уже направлено обращение в адрес председателя Верховного суда, будут выносить этот вопрос на обсуждение рабочей группы при Генпрокуратуре, постараются донести лично до президента.
В день судебных слушаний Юрию Осипенко исполнилось 40 лет - из них шесть, за которые мог бы завести семью, родить детей, он уже потерял…