Впору создавать еще одну правозащитную организацию – исключительно для защиты самих правозащитников. Слишком часто за последние 10 лет поводом для таких публикаций служили и служат плохие новости: нападение, избиение, убийство известных деятелей правозащитного движения, обвинения в их адрес, вплоть до уголовных дел.
Как правило, поводом для публикации правозащитной направленности становились громкие дела, в которых участвовали общественные организации. Так, в 2006 году было много публикаций о деле полковника Юрия Буданова. Он подал ходатайство о досрочном освобождении. Это вызвало дискуссию в СМИ. В ней участвовали и чеченские правозащитники, представлявшие интересы убитой девушки Эльзы Кунгаевой. В том же 2006 году правозащитники из Чечни приняли активное участие в обсуждении еще одного важного для республики вопроса: введения суда присяжных. Материалы по этим темам наглядно показывают, что еще 10 лет назад можно было обсуждать актуальные проблемы непростого российского региона – Чечни. Информационного вакуума вокруг этой республики еще не было.
Еще одна громкая дискуссия 10-летней давности – перерегистрация представительств иностранных неправительственных организаций. Российские правозащитники наравне со многими здравомыслящими людьми активно критиковали новый закон о НКО, получивший название закона об иностранных агентах. Дискуссия широко освещалась в печатных и электронных СМИ. Преступления среди военнослужащих, издевательства над новобранцами, неуставные отношения, дедовщина – серьезные проблемы не только армии, но и всего общества. Зачастую именно благодаря правозащитным организациям обществу становится известно о том, что очередному молодому солдату срочной службы ампутировали конечности не потому, что у него было генетическое заболевание, а из-за долгого и жестокого избиения сослуживцами.
Год спустя, в 2008 году, правозащитники подключились к расследованию других случаев жестокого обращения и даже пыток. Не в армии, а во ФСИН. Тем самым привлекли внимание не столько к вопиющим фактам нарушения прав человека, но к самим себе. «В пятницу Следственный комитет при прокуратуре РФ по Москве предъявил обвинение известному правозащитнику Льву Пономареву по ст. 129 УК («Клевета») за то, что в одном из интервью он назвал руководителя Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Юрия Калинина «автором садистской системы» в российских исправительных учреждениях. Любопытно, что ранее господин Калинин уже выиграл иск о защите чести и достоинства против Льва Пономарева по тому же поводу. Правозащитник уверен, что уголовное преследование связано с активизацией его правозащитной деятельности» («Коммерсантъ» от 26.02.08).
Преследование правозащитников, давление на них и постоянные угрозы – это все давно не новость в российском информационном пространстве. Это данность, с которой активисты правозащитного движения живут и делают свое дело. Все к этому привыкли, и никого это не удивляет. Но правозащитников еще и убивают. И это страшно.
В 2009 году была убита Наталья Эстемирова. Она была известна на Кавказе своей деятельностью по расследованию похищений и внесудебных казней. Коллеги Натальи утверждали, что ей угрожал лично президент Чечни Рамзан Кадыров. Тот даже звонил правозащитникам и говорил, что они не правы.
![]() |
Февраль-2015. Убийство Бориса Немцова было нарочито наглым. Фото Reuters |
«Президент Чечни Рамзан Кадыров разъяснил правозащитникам свою позицию по поводу убийства их коллеги Натальи Эстемировой. Сделал он это в телефонном разговоре с руководителем «Мемориала» Олегом Орловым, который заявил о виновности чеченского лидера в случившемся с госпожой Эстемировой. Несмотря на то что после объяснения с президентом правозащитник изменил свое мнение, адвокаты господина Кадырова собираются подать на него в суд», – писал Муса Мурадов в «Коммерсанте»18 июля 2009 года.
Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова были убиты в том же 2009 году. Талантливый адвокат, имя которого звучало в деле Юрия Буданова, он выступал на стороне родственников Эльзы Кунгаевой, в расследовании теракта на Дубровке и других громких делах. Молодая и столь же бесстрашная журналистка Анастасия Бабурова серьезно занималась темой неформальных молодежных движений, в том числе неонацистских. Вызывающее убийство в центре столицы, при свидетелях известного в правозащитной среде адвоката и подающего большие надежды журналиста было довольно быстро раскрыто. Убийство и его расследование широко освещались в СМИ. Спустя несколько месяцев было заявлено о раскрытии преступления и задержании подозреваемых.
Несмотря на то что директор ФСБ Александр Бортников докладывал президенту Медведеву, что это и другие преступления совершила целая радикальная группировка, у участников которой изъяли «большое количество оружия», официальное обвинение в убийстве предъявили только националисту, музыканту и пиарщику Никите Тихонову и его подруге, Евгении Хасис.
Но анализ цифр по публикациям, предоставленный «Медиалогией», показывает: эти громкие убийства правозащитников, к сожалению, не вызвали должного резонанса в обществе и серьезного, детального обсуждения в СМИ. Число упоминаний деятелей правозащитного движения в средствах массовой информации в 2009 году не отличается от числа таких упоминаний в другие периоды. Напротив, их даже чуть меньше, чем обычно, примерно 5,5 тыс.
Хотя эта тема остается в повестке 2010 года. Например, об убийстве Натальи Эстемировой продолжают писать в том числе и потому, что президент Чечни Рамзан Кадыров все-таки подал в суд на ее коллегу, главу правозащитного общества «Мемориал» Олега Орлова. Причем Кадыров и его адвокат не раз заявляли, что будут добиваться именно уголовного преследования правозащитника, обвинившего главу республики в причастности к убийству госпожи Эстемировой.
Гибель Сергея Магнитского в 2009 году в следственном изоляторе «Матросская тишина» стала причиной принятия в США закона, ограничивающего въезд в страну лиц, предположительно причастных к гибели Магнитского. Правозащитники России и США активно участвовали в подготовке и принятии этого закона. Именно поэтому в 2010–2011 годах было много публикаций о расследовании гибели адвоката, а также посвященных «списку Магнитского» и реакции российской власти на действия США.
Основная тема, связанная с правозащитниками в 2012 году, формирование Совета по правам человека при президенте РФ. С новым порядком формирования СПЧ были не согласны почти все ключевые фигуры движения. Глава Московской Хельсинкской группы (МХГ) Людмила Алексеева заявила о выходе из СПЧ, глава Московского бюро по правам человека Александр Брод объявил голодовку, протестуя против нечестной, по его мнению, схемы отбора членов совета. Еще 13 человек заявили о выходе из президентского СПЧ. Действия и заявления известных правозащитников активно освещались в СМИ. Может быть, поэтому число публикаций в этот год немного возросло и было близко к семи тысячам.
В 2013 году из мест заключения вышли участницы группы Pussy Riot Надежда Толоконникова и Мария Алехина. Обе они заявили СМИ, что теперь будут заниматься защитой прав заключенных. Так они стали новым лицом правозащитного движения.
Основная новость правозащитного движения в 2014 году, и о ней много писали средства массовой информации, – выдвижение Эллы Памфиловой на пост уполномоченного по правам человека.
С 2015 года тональность публикаций, где упоминаются правозащитники, становится еще более тревожной, хотя, казалось бы, куда еще тревожнее. В конце февраля прошлого года цинично, прямо у стен Кремля, был застрелен один из лидеров оппозиционного движения Борис Немцов. И одним защитником политических прав и свобод в России, увы, стало меньше. Угрозы в адрес правозащитников набирают обороты, и что характерно, со стороны тех, кому по идее бы прислушаться к доводам общественников, фиксирующих нарушение прав и свобод в разных концах нашей страны.
Но вместо готовности к диалогу с обществом «в Грозном разгромлен офис Комитета против пыток», «Мемориал» обвинили в подрыве конституционного строя, «Обыски у основателя GULAGU. NET, «Генштаб: Давыдова – угроза национальной безопасности». Заголовки говорят сами за себя и демонстрируют направленность и отношение к правозащитному движению в России со стороны власти и общества в целом.